ДМБ (2000)

Нажмите что бы оценить:


— Видишь суслика?
— Нет.
— И я не вижу. А он есть! ❞

Вот взять меня — кем я был? А кем я стал? Мягко говоря, всем! А почему? Да потому что я — русский солдат! А русский солдат никогда не сдаётся. Один хрен, ему терять нечего. Это и есть наша главная военная тайна. ❞

— Хочу пи-пи…
— Ёлки-палки, военный! Тебя в спешке делали. Вся твоя жизнь — реклама безопасного секса. ❞

Сложный был год: налоги, катастрофы, проституция, бандитизм и недобор в армию. С последним мириться было нельзя, и за дело принялся знающий человек — наш военком. Он собрал всех тунеядцев, дураков и калек в районе, даже глухих определил в погранотряд «Альпийские тетерева». Столько лет уже прошло, а они ещё где-то чудят! ❞

Это вам не это. ❞

— На овощную базу похоже.
— Это не овощная база, товарищ призывник. Это то место, где вы интересно и чрезвычайно увлекательно проведёте ближайшие два года. ❞

— Пришивайте подворотничок к воротничку.
— А мы не умеем.
— Никто не умеет… Дело не в умении, не в желании, и вообще ни в чём. Дело в самом пришивании подворотничка. ❞

Мужики, где здесь берут в морские котики? А то к стройбату у меня нет никакого настроения. С детства не выношу бесплатного физического труда. ❞

Армия — не просто доброе слово, а очень быстрое дело. Так мы выигрывали все войны. Пока противник рисует карты наступления, мы меняем ландшафты, причём вручную. Когда приходит время атаки, противник теряется на незнакомой местности и приходит в полную небоеготовность. В этом смысл, в этом наша стратегия. ❞

— Что, солдат, ссымся?
— Так точно, ссусь!
— Это, солдат, не беда. Такая сегодня экологическая обстановка. Все ссутся. Я ссусь. Даже главком пысается, бывает. Но по ситуации. Что же нам из-за этого, последний долг родине не отдавать? Твой позорный недуг мы в подвиг определим. Пошлем в десантники. Там ты ещё и сраться начнешь. ❞

— Надо ему указательный палец отнимать. Без указательного пальца в солдаты не берут, потому как стрелять нечем. Предлагаю циркулярку. Но если на дому, то и кусачками можно.
— Как же я без указательного пальца, дядь Вить, жениться-то буду?
— Чё ты с женой указательным пальцем делать будешь?
— Ну, я точно не знаю, я человек ещё молодой… ❞

Надо понимать всю глубину наших глубин. ❞

— Ещё немного — и я сойду с ума…
— А я уже сошёл… У меня глаз дёргается…
— А я себе палец пришил… ❞

В человеке всё должно быть прекрасно — погоны, кокарда, исподнее, иначе это не человек, а млекопитающее. ❞

Пока я его за левую туфлю тащил, то отчего-то представлял, как в этот момент на другом конце города в моей съёмной квартире дико тоскуют по мне братья Улугбек и Максуд. ❞

Мне было душно от мира. Мир ко мне симпатий тоже не испытывал. Надо было сделать выбор. В монастырях не давали курить, в тюрьмах — пить, оставалась армия. Армия — прекрасная страна свободы… и от мира, и от себя. ❞

Надышаться можно только ветром… ❞

— Талалаев! Ты здесь прекращай всякие испытания… Свинёнок твой мутантом оказался. Глаз мне подбил и кортик отобрал!
— Учтём! ❞

С верхней полки пердел проказник прапор, а мы мечтали о подвиге. ❞

Для хорошего человека армия — мать родная… а для плохого — теща! ❞

Жизнь без армии — все равно что любовь в резинке: движение есть, прогресса нет. ❞

— Отсюда, ребятки, наша Родина диктует свою непреклонную волю остальному мировому сообществу.
— Может, бахнем?
— Обязательно бахнем! И не раз! Весь мир в труху!… Но потом. ❞

— А кормят здесь как?
— Сухари и вода.
— Вот те на! Товарищ дембель, а когда нам кушать дадут?
— Никогда, товарищ дух — это армия… ❞

Есть разные люди: одни Родину от врага защищают, другие жен своих педагогов за сиськи по институтам таскают. И те, и другие могут быть солдатами, только первые уже солдаты, а вторые — ещё нет. ❞

— Мадемуазель, Вы прекрасны!
— Как Эдита Пьеха?
— Определённо! Можно я вас мягко потрогаю за талию?
— Но талия гораздо выше.
— Разве это сможет стать препятствием для наших чувств?
— Это не может, но вот тот мужчина в галстуке за третьим столиком — может.
— Почему?
— Потому что это мой муж, Григорий Саввич Топоров — серебряный призёр чемпионата Европы по метанию молота. А вас как зовут?
— Зовите меня просто: Элвис Пресли, поэт-песенник.


— Что это было?
— Батя был… ❞

А теперь всех на распределительный пункт… Чао, Буратины!… Можете даже писать мне письма «до востребования». Меня зовут Себастьян Перейра, торговец чёрным деревом!… Шутка… ❞

Максуд, как я восхищаюсь твоим умом и мужеством! К тебе доллары так и липнут. ❞

— Военный, а нам оружие дадут?
— Триста тридцать пять… ❞

Понимаешь, «Чебурашка-У-Которого-Нет-Друзей», я галоперидолу скушал, а меня в армию тянет всё больше и больше. Что же мне делать, «Чебурашка-У-Которого-Нет-Друзей»? ❞

— Авиационный, без осадка…
— Ракетный. Лучшее — детям!
— Американским! ❞

— Товарищ адмирал, разрешите поинтересоваться. Как нам с йети быть?
— Йети? Надо чаще мыть.
— Да нет, я про снежного человека.
— А-а! А это надо с контр-адмиралом посоветоваться, он Атлантиду видел. ❞

В армии главное — не упустить. ❞

Что наша жизнь? Игра! А самая азартная игра начинается тогда, когда на кону, как минимум, твоё здоровье, но ещё прикольней — если жизнь. Можно давать в прикуп. ❞

В отличие от всех остальных в армию я пошёл по духовным соображениям. ❞

[Потом к нам привели генерала-ветерана. В орденах чуть не за взятие Шипки.]
— Внучки, пуля — дура, штык — молодец!
— Не рви, дед, глотку, угости лучше.
— А как же! Только здесь бабка не достанет, не унизит гвардейца. ❞

Молчать! У меня ваш маршал под Кёнигсбергом сортиры чистил, пока я тараном эсминец брал за чекушку! Восемь машин положил, а на мне — ни царапины. ❞

Даёшь Беломорканал! За Родину! За победу! Хлебай, внучки, ханку! ❞

— Тебя как, «Федя», зовут?
— Зовут меня Анатолий Васильевич Пестемеев. Я слесарь-инструментальщик… четвертого разряда.
— А чё ты им-то имя не назвал?
— А чё их баловать?! Сами документы потеряли. Пусть ищут. ❞

— А вы помните, что вчера товарища генерала за погон укусили?
— Не согласен. Что погулять мог — да. Цыгане, тем более. Мы должны иметь некоторый гражданский отдых. Но чтобы генерала, да еще за такое место? Нет! Отставить! У нас субординация и выслуга лет! За мной! ❞

— Тётя, а «Наука и жизнь» есть?
— Наука есть, а жизни нет. У меня мужик прошлой зимой застудился на рыбалке. Теперь ниже пояса, так — не супруг, а сувенир. Только усы стоят. Если бы не вы, солдатики, хоть плачь. Пойдем, щекастик, ко мне в подсобное помещение, я тебе барбарысок насыплю.
— Нет, вы уж лучше дайте «Технику — молодёжи». ❞

Тут в лазарет заходила медсестра. Я её потрогал и лишился покоя. Такая сладенькая: ушки красненькие, носик в угрях, жопа толстая и шершавая, как ананас… Валькирия! ❞

— А не прогуляться ли нам, Лариса, осмотреть местные достопримечательности? Излить, так сказать, посильно друг другу горе.
— Конечно. Излить посильно… Здесь такие замечательные склепы. Прошлый век, чугунное литье.
— Обожаю склепы. Обожаю чугунное литье. ❞

— Тунгусы. По-русски ни хрена не понимают.
— А я и не знал, что у нас тунгусы служат. Они повымерли же.
— Они, наверно, по обмену. К нам в институт по обмену тоже не пойми кого присылали. С лишаями, как правило. ❞

— Как обычно, в «Националь», или в «Эль Гаучо»?
— Сегодня — в военкомат. ❞

— Ну раз ты такой молодой, то тогда тебе надо по-маленькому в штаны ходить. иначе говоря, ссаться. По-научному — энурез. С энурезом тоже не берут.
— Я ссаться не хочу! Я брезгую. И потом, как же я по-маленькому буду, если меня бабушка в одно и то же время приучила? Ровно в четыре утра. Бабушка у нас доярка была. У неё в пять дойка начиналась. Брала, значит, меня, малыша, и на очко.
— О, четыре утра. Отличное время. Делу время — потехе час. Будешь ссаться на людях. Или палец отнимать.
— Будь мужчиной, сынок. Как твой пропавший без вести отец.


— Пациент, вы деньги принесли? Простите, а зачем вам столько галоперидола?
— Я его натурально съем, и меня повезут в дурдом.
— Но зачем?!
— Не плющит меня в солдаты идти. ❞

— Есть такое слово: «Надо»!
— А я тогда присягу принимать не буду!
— Эх, дружок, молод ты… Не ты выбираешь присягу, а присяга выбирает тебя! Прапорщик, запишите эти простые, но в то же время великие слова. ❞

— Мам, я не хочу идти в солдаты… Я боюсь.
— Ну, надо звать дядю Витю из Ерденева. Он зоотехник, он знает, как в армию не ходить. ❞

— Толя, что же ты всю нашу работу пожёг?
— Я не нарочно. Эксперимент это был. На предмет рационализаторского предложения.
— А нельзя было хотя бы бухгалтерию со столовой оставить?
— А чё это?
— Сегодня получка должна была быть.
— Я не подумал.
— Не подумал! Теперь думай, как с первым поездом в войска укатить, а то засадють в клетку, как жирафу.


— У нас убеждения.
— Какие такие убеждения?
— Мы веруем в Господа нашего, Говинду, а он нам в людей стрелять не велит.
— Всё, вы нам подходите. И Говинда ваша ничего. Жидковата, но ничего. И стричь вас опять же не надо. И люди вы, видно, выносливые: четыре часа «Харе Кришну» орать — это не каждый сдюжит… Пойдёте в химвойска. ❞

— А ты чё, «косить» не будешь?
— Смешные вы люди! Зачем же я тогда сюда приехал?! «Косить» дома надо… Хотя, это на любителя… Я вам советую: бутылку разбейте – и стекла нажритесь. Верное дело. А я лично еду в армию на халяву здоровья и знаний набираться.
— Э-ка тебя тыркнуло! Ну на, выпей, может, отпустит. ❞

— Что будем кушать, мальчики?
— Я много. Оливье и майонеза побольше. У нас в столовке хорошую оливье давали, много. Однажды я даже в обморок упал.
Накушался. Меня мастер домой нес.
— Какая отвратительная история. Мясо, виски с содовой и льда побольше.
— Труа бутте де водкА. Авек плезир.
— А мне шашлык. ❞

Возникшая незнамо откуда привокзальная синявка предложила нам продажной любви.
— Мальчики, не желаете продажной любви?
— Я тебе сейчас лицо обглодаю. ❞

— Это не пассажир, а дрянь какая-то.
— Да что вы такое говорите? Этот субъект — герой трех горячих точек, балтиец, с контузией на всю башку. У него к вечеру давление до трехсот подскакивает.
— Точно?
— К гадалке не ходи.
— Ладно, заноси. Но… В коридор героя не отпускать. У меня ковры. ❞

— Будешь ты, «Федя», Бомбой…
— Почему Бомбой?
— Потому что вспыльчивый… Ты, Владик, будешь Штык — потому что стройный… А я буду Пуля — потому что в цель! ❞

«Бомба»: — Если в «горячую точку» пошлют — наградят звездой, квартира без очереди, и, конечно, везде без очереди.
«Пуля»: — А если ногу оторвёт — то в собесе деревянную дадут, попугая-матершинника и чёрную метку. ❞

«Пуля»: — Кто гуляет?
Стюард: — Жениться кого-то везут. С цыганами и кордебалетом.
«Штык»: — Обожаю кордебалет…
«Бомба»: — А про этого «кого-то» в газете «Гудок» писали. Что он наркотиками торгует через ларьки «Союзпечати».
«Пуля»: — Красиво жить не запретишь… ❞

Наш священный долг — защищать Родину и соблюдать правила личной гигиены! Иначе всё у нас пойдёт через жопу. Поэтому для более эффективного следования в часть мы должны сесть в автобус… и проследовать в часть. ❞

Без свадьбы только мухи женятся. ❞

— Как там, на гражданке? Бабы есть?
— Практически нет, сами удивляемся. ❞

«Штык»: — Дайте меню.
Буфетчик: — Я сам меню. Булка с маком, баба с ромом, эклер, сигареты «Прима», вода «Колокольчик».
«Штык»: — А кофе?
Буфетчик: — Кофе только офицерам. От кофе нервы. Приказ генерала. ❞

Вот видите этих прекрасных парней во главе со старшим сержантом Лавровым? Им ноги мыть по сроку службы не положено, а чистоту они любят. Будете им портянки стирать с детским мылом: дембеля микробов боятся. ❞

— Ну чё, ду́хи поганые?! Будем служить как положено или будем глазки строить?
— Будем! ❞

— Гера, ты здесь?
— Я здесь, я там, я всегда… [Гера в прострации]
— Кто же так с каптёром разговаривает? Смотри, как надо! Чужое! Халява! Взять-взять! [Гера клацает зубами и резко открывает глаза] Что будем пить, девочки? ❞

Есть ещё волшебная русская традиция: оставлять на могилах усопших разного рода свежие продукты и напитки. ❞

Бывайте, ихтиандры хуевы! ❞

Природа — не храм, и уж тем более — не мастерская. Природа — тир, и огонь в нём надо вести на поражение. ❞

— Лютый дед! Таким дедам надо памятники чугунные на вокзалах ставить, а не руки ремнями вязать и никак уж не в вытрезвитель сдавать.
— За деда!
— Чудо-богатыря! ❞

— В приёмник его, в нагрузку к тормозу.
— Нам так и не удалось выяснить, как то́рмоза зовут!
— Напишите в приписном: «Федя». У него морда толстая, ему пойдёт. ❞

— Командиры в кустах не слабятся!
— Давайте его на вокзал отведём. Чё ему страдать? Пусть поссыкает…
Он вошёл в кабинку и заперся там навсегда.
— Выходи, а?… Может, ему плохо?
— Хорошо ему!
— Военный, пароход уйдет без нас.
— Смирна-а! Командир выходит! Сарынь на кичку! ❞

— Джигит, иди сюда!
— Чего?
— Ты маму любишь?
— Маму люблю. И тетю Таню люблю. И Олю Крымову люблю, она у нас на заводе в ОТК работает.
— А деньги любишь?
— Очень.
— Скажи нам, где Гена Бобков есть этот шакал, мы его друзья. Мы за это много денег дадим. ❞

Зинаида! К маме, с чемоданами! А вы, молодой человек, наденьте брюки и ко мне с зачёткой. Потом — в армию. Годы у вас подходящие. ❞

— Что, гражданин, не спится?
— Не искушай, орёл, без нужды. Мы хотим с «Чебурашкой-Который-Ищет-Друзей» служить в артиллерии!
— Нет препятствий патриотам! ❞

— Дежурный придет — там разберемся.
— Да ты чё? Я те, дубина, который раз говорю, что я в армию уже ходил. О. А сейчас я племянника провожал. Вон он, лежит, губастенький, обоссанный весь. Ты проверь, проверь. Слушай, мне через час на дойку идти. Че ты молчишь? Башмаков моя фамилия. Виктор Эдмондович, понимаешь?
— Дежурный придет — там разберемся.

— А-а-а, плохие у вас дела, товарищ призывник.
— А у кого они сейчас хорошие?
— У вас дела не просто плохие, а ещё хуже.
— Чем раньше?
— Гораздо.
— Кошмар!
— Кошмар… Что будем делать, товарищ контрразведчик?
— Будем помогать соответствующим органам выявлять неблаго­надёж­ных элементов в армии.
— Я как раз одного такого знаю.
— Побожись.
— Чтоб мне пусто было! У дежурного офицера — газы.
— Поподробнее: какие газы, маркировка, производные?
— Газы — сугубо удушливые. Производные: копчёная колбаса, сыр «Волна», лимонад «Колокольчик». Срок годности истёк! Как из туалета выйдет — полчаса зайти невозможно: глаза режет!
— Ага. Понятно. Продолжайте вести наблюдение, мы с вами свяжемся. Свободны!


— Ну, молодой человек, вы служить собираетесь… или вы к нам на побывку прибыли? Три набора сменилось, а вы всё шалите. Вами весь пункт провонял.
— Да о чём разговор? Пошлите меня куда-нибудь в горячую точку. Снайпером. Я очень усидчивый.
— Что-то такое мы вам и прописали. А заодно и вашему другу. ❞

— Я с ним не поеду! У него больной желудок. Я буду ходатайствовать…
— Ты не гони на мой желудок. Я в детстве подшипник переварил.
— Он ещё и идиот… ❞

— Я говорю, деньжат нэма? Командиру треба сувенир купить.
— Нэма, мужик, деньжат.
— Не дам. У меня только для еды.
— Генералу треба сувенир купить. Циркуль для схем.
— Заманал ты меня, военный. Меня, однополчане, зовут Владислав. Для вас — просто Владик. Я продал папин микроскоп.
— Папа микробов смотрел?
— Смотрел.
— Знаю я там по дороге одно место с офигенными циркулями. Пошли.


Дух рано или поздно становится дембелем, а перед дембелем лежат все мечты! Потому что любят его очень — и здесь, и там. В пожарные берут, и в милицию. Там курорты от профсоюза, бесплатный проезд на автобусе. Девки с дойками так и плачут по дембелю… Потому что дембеля больше в армию не берут. ❞

В воздухе носился страшный дух праздника. ❞

Мать моя женщина! Кого же батя тиранить будет? ❞

— Солдаты. Вы знаете, что я вам могу сказать. И я знаю, что вы мне можете ответить. Короче — Служите!
Талалаев раздал всем автоматы, а кому они не достались — саперные лопатки. ❞

Допивая вторую бутылку, я признался, что Бобков Гена — это я.
— Гена Бобков — это я. ❞

— Вокруг трезвые люди!
— Женщины!
— Без бороды! ❞

— Совсем ведь другой человек.
— Пьяница мать — горе в семье. ❞

Зато ночь компенсировала нам весь моральный ущерб. До четырех утра мы играли со старшим сержантом Лавровым в «дембельский поезд». Лавров нервничал, предвкушая встречу с родным поселком Гундосово, и требовал:
— Проводник, чаю!
— Ту-дуф, ту-дуф. Ту-дуф, ту-дуф. Ту-дуф, ту-дуф. Ту-дуф, ту-дуф.
В половине пятого «Бомба» слишком сильно раскачал койку, и уже дремлющий сержант выпал из поезда, сломал себе ногу и получил ожог второй степени.

— Пропади все пропадом!
[Прапор лихо танцует]
Кончилось все это предсказуемым появлением военного патруля.
— Что?! Негодяи!
— Товарищи военные! Я, конечно, не против, если вы этого гидроцефала спеленаете, но он меня и моих закадык в армию транспортирует. На выполнение почетного героического задания. Если вы его все-таки заберете, мы однозначно поменяем явки и разбежимся по району как крысы. Решать вам.
— Армии солдаты нужны. В армии без солдата абсурд и коррупция. Счас урегулируем.
С присущей всем армейцам смекалкой майор налил два стакана водки. Один он заставил выпить прапора, а другой стакан офицер употребил сам. Прапор выпил и опал, как озимый. Пришлось нам самим на сопроводительные документы смотреть. Оказалось, что мы следуем в часть со сложной цифрой служить ракетчиками стратегического назначения.


Нет, военный — это не профессия. Это половая ориентация… ❞

Нет, Марина, к Баринову на день рождения не ходи. И к Толяну — не ходи. А к тёте Вере — ходи. ❞

Шмалите, друзья, сколько хотите. У «Чебурашки-Который-Ищет-Друзей» — парники. ❞

Этот прапор глубоко невоспитанный тип. Да что там невоспитанный! Дикий прапор! ❞

— Так, чтоб вы шарили. Кто отхреначил полгода — тот молодой, он шестерит черпаку. Это который прослужил год. Черпак ходит под дедом. Дед разменял полтора. Он уважает дембеля. Ясно?
— Переведи на наш.
— Перевожу. Жизнь ваша — полная параша. В армии вы духи бесплотные, духов чморят все. ❞

Сюжет фильма:
Трое молодых людей оказываются в армейской казарме по разным причинам:
Студент Штык — бежит от скандала с женой профессора.
Рабочий Бомба — скрывается после пожара на заводе.
Игрок Пуля — пытается избежать расправы кредиторов.
Их объединяет призывной пункт, где начинается путь через абсурд армейских будней.

В главных ролях: Пётр Коршунков — рядовой Геннадий Романович Бобков («Пуля»); Станислав Дужников — рядовой Анатолий Васильевич Пестемеев («Бомба», «Федя»); Михаил Петровский — рядовой Владислав Михайлович Каширский («Штык»).

Нажмите что бы оценить:

Ваш комментарий:

Обязательные поля помечены *