Джон МакКлейн: «Йо-хо-хо, ублюдок!»
Ганс Грубер: «Вы действительно думаете, что имеете хоть один шанс против нас, мистер Ковбой?»
Джон МакКлейн: «Это был Гари Купер, придурок».
Ганс Грубер: «В этот раз Джон Уэйн не уйдёт в закат с Грейс Келли».
Джон МакКлейн: «Всего лишь ложка дёгтя. Палка в колесе. Заноза в заднице».
Ганс Грубер: «Трогательно, Ковбой, трогательно. Или мне называть тебя, мистер Маклейн? Мистер офицер Джон Маклейн из полицейского управления Нью-Йорка?»
Джон МакКлейн: «Сестра Тереза звала меня мистером Маклейном в третьем классе. Мои друзья зовут меня Джоном, а ты ни тот, ни другой, тупица».
Ганс Грубер: «У меня есть кто-то, кто хочет с тобой поговорить; очень особенный друг, который был с тобой на вечеринке сегодня ночью».
Джон МакКлейн: «Пошёл ты, Ганс».
Джон МакКлейн: «Ах, ты командуешь. Что ж, у меня для тебя новости, Дуэйн, отсюда сверху видно, что ты ни хрена не командуешь».
Ганс Грубер: «Мистер Таинственный Гость? Вы ещё там?» — Джон МакЛейн: «Да, я ещё здесь. По крайней мере, до тех пор, пока не откроете для меня парадные двери».
Ганс Грубер: «Ох, боюсь, это невозможно. Но я в недоумении. Вы знаете, кто я, но кто вы? Просто очередной американец, насмотревшийся боевиков в детстве? Или сирота несостоятельной культуры, возомнившая себя Джоном Вэйном? Рэмбо? Маршаллом Дайллоном?» — Джон МакЛейн: «На самом деле мне всегда больше нравился Рой Роджерс».
Ганс Грубер: «Вы действительно думаете, что имеете хоть один шанс против нас, мистер Ковбой?» — Джон МакЛейн: «Йо-хо-хо, ублюдок».
Ганс Грубер: «В этот раз Джон Уэйн не уйдёт в закат с Грейс Келли». — Джон МакЛейн: «Это был Гари Купер, придурок».
Дуэйн Т. Робинсон: «У меня тут внизу сотня людей, и их засыпало стеклом». — Джон Маклейн: «Стеклом? Какое к чёрту стекло? Кто там говорит?» — Дуэйн Т. Робинсон: «Это заместитель шефа полиции Дуэйн Т. Робинсон, и я тут командую». — Джон МакЛейн: «Ах, ты командуешь. Что ж, у меня для тебя новости, Дуэйн, отсюда сверху видно, что ты ни хрена не командуешь».
Джон МакЛейн: «Мэйдэй, Мэйдэй, критическое положение, кто-нибудь слышит? Канал Девять, террористы захватили здание Накатоми, центр города, я повторяю, неизвестное количество террористов, шесть, может больше…» — Оператор (другому оператору): «Я возьму». — (По радио) «Этот канал держится для аварийных ситуаций…» — МакЛейн: «Какого хрена, леди! Похоже на то, что я заказываю пиццу?!»
Джозеф: «Вы хотите денег? Что же вы за террористы?» — Ганс (смеётся): «Кто сказал, что мы террористы?»
Ганс (по радио): «Я, кажется, говорил всем вам — я хочу, чтобы в эфире была тишина…» — Джон: «Уууух, я очень сожалею, Ганс. Я не получил это важное указание. Может, поместишь это объявление на доску объявлений. Мы тут неплохо проводим время с Тони, Марко и его другом здесь, я подумал, что тебе, Карлу и Франко немного одиноко и решил вам позвонить».
Ганс: «Ах, да… очень любезно с вашей стороны, полагаю, что вы тот самый человек, который портит нам праздник. Вы очень неприятная проблема».
Ганс: «Кто же ты?» — Джон: «Всего лишь ложка дёгтя. Палка в колесе. Заноза в заднице».
Холли Дженнеро МакКлейн: «У меня есть просьба». — Ганс Грубер: «Какой идиот поставил тебя во главе?» — Холли Дженнеро МакКлейн: «Ты. Когда ты убил моего босса. Теперь все смотрят на меня. Лично я отказалась бы от этой работы. Мне не нравится быть так близко к тебе».
Холли Дженнеро МакКлейн: «Там беременная женщина». — Ганс Грубер (выглядит обеспокоенным).
Холли Дженнеро МакКлейн: «Спокойно. Ей рожать через пару недель. Сидеть на той скале ей только вредит, так что я хочу разрешения перевезти её в один из офисов, где есть диван». — Ганс Грубер: «Нет, но я пришлю тебе диван сюда. Договорились?» — Холли Дженнеро МакКлейн: «Договорились. И если не хочешь, чтобы было грязно, я бы начала водить нас по очереди в туалет». — Ганс Грубер: «Да… ты права, так и будет».
Ганс Грубер: «Трогательно, Ковбой, трогательно. Или мне называть тебя, мистер Маклейн? Мистер офицер Джон Маклейн из полицейского управления Нью-Йорка?»
Гарри Эллис: «Эй, детка, я договариваюсь о миллионных сделках за завтраком. Я думаю, что смогу договориться с этим евромусором».
Агент Джонсон: «Я — Агент Джонсон, а он — Специальный Агент Джонсон. Мы не родственники».
Бизнесмен: «Вы не любите летать, да?» — Джон: «С чего вы взяли?» — Бизнесмен: «Хотите узнать секрет выживания в воздушных путешествиях!? После того как вы оказались в самолёте, снимите ботинки и свои носки, затем походите вокруг по коврику, сжав пальцы на ногах в кулаки». — Джон: «На ногах в кулаки?» — Бизнесмен: «Я знаю, это звучит глупо. Поверьте мне, я делаю это уже девять лет. Это лучше, чем холодный душ или чашка кофе». — Джон: «Хорошо».
Джон Маклейн (обвязывает пожарный рукав вокруг пояса): «О, Джон, что, мать твою, ты делаешь? Как, чёрт тебя дери, ты в эту хрень вообще попал?»
Ганс Грубер: «Тео, мы по графику?» — Тео: «Остался последний, дальше всё зависит от тебя. И лучше не облажайся, потому что этот последний — настоящиӗ чудо понадобится». — Ганс Грубер: «Рождество, Тео. Время чудес. Так что не вешай нос… и позвони мне, когда откроешь последний замок».
Джон Маклейн: «Счастливого Рождества, Аргайл».
Дуэйн Т. Робинсон: «Кажется, нам понадобятся ещё ребята из ФБР».
Джон МакЛейн: «Сестра Тереза звала меня мистером Маклейном в третьем классе. Мои друзья зовут меня Джоном, а ты ни тот, ни другой, тупица».
Ганс Грубер: «У меня есть кто-то, кто хочет с тобой поговорить; очень особенный друг, который был с тобой на вечеринке сегодня ночью».
Гарри Эллис: «Эй, Джон, дружок». — Джон Маклейн: «Эллис?» — Гарри Эллис: «Да. Слушай, Джон, мне дали несколько минут, чтобы попытаться убедить тебя. Я знаю, что ты думаешь, что выполняешь свою работу, Джон, и я это ценю, но ты только затягиваешь это».
Гарри Эллис: «Они хотят, чтобы ты сказал, где детонаторы. Они знают, что люди слушают. Им нужны детонаторы, или они меня убьют». — Джон Маклейн: «Эллис, что ты им сказал?» — Гарри Эллис: «Я сказал им, что мы старые друзья, и ты мой гость на вечеринке». — Джон Маклейн: «Эллис, не стоит этого делать».
Гарри Эллис: «Эй, Джон, я думаю, ты можешь немного влиться в ситуацию, а? Полиция уже здесь, это их проблема. Теперь скажи этим ребятам, где детонаторы, чтобы больше никто не пострадал, ты знаешь, что я рискую своей жизнью ради тебя, приятель». — Джон Маклейн: «Эллис, слушай меня очень внимательно». — Гарри Эллис: «Джон?» — Джон Маклейн: «Замолчи, Эллис, просто закрой рот! Верни Ганса на связь».
Ганс Грубер: «Хорошо. Тогда ты дашь нам то, что мы хотим, и спасёшь жизнь своему другу. Ты не часть этого уравнения на этот раз, ты это понимаешь». (Показывает оружие)
Гарри Эллис: «Эй, кто я, метод актёр? Ганс, дорогой, убери пистолет, это радио, а не телевидение».
Джон Маклейн (встревоженно кричит): «Ганс, этот придурок не мой друг, я только что встретил его сегодня, я не знаю его. Господи, Эллис, эти люди тебя убьют, скажи им, что ты меня не знаешь».
Гарри Эллис: «Джон, как ты можешь так говорить после всех этих лет, а?» — Джон? [Не получает ответа] — Гарри Эллис: «Джон?» [По-прежнему не получает ответа, затем слегка смеётся, затем Ганс стреляет ему в голову].
Ганс Грубер (подносит рацию к кричащей толпе, затем кричит в рацию): «Слышите? Поговорите со мной, где мои детонаторы? Где они, или мне выстрелить ещё раз? Рано или поздно я могу добраться до кого-то, кто вам важен!» — Джон Маклейн: «Пошёл ты, Ганс».
Ганс Грубер: «Что там говорил?»
Ганс Грубер: «Отличный костюм. Джон Филлипс, Лондон. У меня таких два. Ходят слухи, что Арафат покупает там свои».
Little Johnson: «Я тогда в средней школе был, д##кхед».
Джон Маклейн: «Счастливого пути, Ганс».
Дуэйн Т. Робинсон: «Ты это слышал? Он просто бросил парня, чел. Он его сдал».
Сержант Эл Пауэлл: «На самом деле, я думаю, он коп. Может, не из ЛАПД, но значок у него точно есть»
О фильме:
Обзор фильма «Крепкий орешек» (1988)
«Крепкий орешек» («Die Hard») — культовый боевик, который в СССР стал настоящим шедевром, покорив зрителей видеосалонов в конце 80-х. Тогда фильм крутили под названиями «Умри тяжело, но достойно» и «Неистребимый», а официальное название он получил только с выходом в советский прокат в 1991 году.
Плюсы фильма:
• Харизматичный главный герой. Джон Макклейн — не типичный «качок с пулемётом», а живой, человечный персонаж с чувством юмора и уязвимостью. Его импровизационный стиль борьбы с террористами, босоногость и ироничные реплики сделали его иконой жанра.
• Противостояние героя и злодея. Ганс Грубер — блестящий антагонист: умный, расчётливый, но с долей истерии. Дуэт Уиллиса и Рикмана создаёт невероятное напряжение.
• Уникальный формат боевика. Фильм стал первопроходцем в жанре «боевик в замкнутом пространстве» — вся драма разворачивается внутри небоскрёба. Это добавляет ощущение клаустрофобии и усиливает напряжение.
• Баланс экшена, драмы и юмора. Взрывы и перестрелки чередуются с трогательными моментами (отношения Макклейна с женой) и остроумными диалогами. Фраза «Yippee-kai-yay, motherfucker!» стала культовой.
• Атмосфера Рождества. Несмотря на жестокость событий, фильм сохраняет праздничное настроение — это «рождественский боевик», который многие пересматривают в новогодние праздники.
• Отличная актёрская игра. Помимо Уиллиса и Рикмана, стоит отметить игру Бонни Беделиа (Холли), Реджинальда Велджонсона (полицейский Эл Пауэлл) и Деворо Уайта (водитель лимузина Аргайл).
• Инновационный сценарий. Фильм перевернул жанр боевика, доказав, что умный сценарий и живые персонажи важнее количества взрывов. Основан на романе Родерика Торпа «Ничто не вечно».
• Качественная режиссура. Джон Мактирнан мастерски работает с пространством, ритмом и напряжением — каждая сцена на своём месте.
Минусы фильма:
• Неспешный темп. Первые 40 минут могут показаться затянутыми из-за детального описания ограбления и семейных отношений Макклейна. Современный зритель может заскучать.
• Логические нестыковки. Действия террористов (массовые убийства при ограблении) противоречат их изначальной цели (похищение денег без лишнего шума).
• Карикатурные второстепенные персонажи. Заместитель шефа полиции Дуэйн Т. Робинсон и агенты ФБР выглядят стереотипно и занимают много экранного времени.
• Отсутствие ощущения пространства. Макклейн большую часть фильма «прячется где-то на верхних этажах», что снижает реалистичность.
• Избыточное насилие. Некоторые сцены экшена кажутся чрезмерно жестокими и «притупляющими», как отмечали критики.
• Непроработанные образы заложников. Большинство заложников служат лишь «статистами», усиливающими драматизм, но не имеют индивидуальных черт.
Вывод: «Крепкий орешек» — это не просто боевик, а эталон жанра, который породил множество подражателей. Фильм остаётся актуальным благодаря сочетанию напряжённого сюжета, харизматичных персонажей и фирменного юмора Джона Макклейна. Несмотря на некоторые недостатки, он заслуженно считается классикой и обязательным к просмотру для любителей боевиков. В СССР картина стала символом «новой эпохи кино» и до сих пор вызывает ностальгию у зрителей.
Вот несколько малоизвестных фактов о фильме «Крепкий орешек» (1988):
1. Изначально картина задумывалась как продолжение боевика «Коммандо» с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Но Шварценеггер отказался, и сценарий переработали.
2. Брюс Уиллис стал пятым актёром, которого рассматривали на роль Джона Макклейна. До него пробовались Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне, Берт Рейнольдс и Ричард Гир.
3. Продюсеры опасались, что ассоциация с комедийным образом Брюса Уиллиса (из сериала «Детективное агентство „Лунный свет“») испортит восприятие боевика. Поэтому на первых постерах фильма не было изображения актёра — только изображение небоскрёба.
4. Гонорар Брюса Уиллиса составил 5 млн долларов при бюджете фильма 28 млн долларов — это вызвало споры в Голливуде.
5. Большая часть диалогов в фильме — импровизация актёров, а некоторые декорации построили до того, как написали сцены для них.
6. Знаменитая сцена падения Макклейна в шахту лифта получилась случайно: каскадёр не смог ухватиться за первый вентиляционный проём, как планировалось, и схватился за второй. Режиссёр решил оставить этот дубль — он получился более драматичным.
7. Осколки стекла, по которым бежит босой Брюс Уиллис, были настоящими. Чтобы актёр не поранился, ему надели специальные резиновые «ботинки» на стопы. Из-за этого на некоторых кадрах ноги Уиллиса выглядят непропорционально большими.
8. Почти все взрывы в фильме — настоящие, а не нарисованные с помощью спецэффектов.
9. Алан Рикман получил роль Ганса Грубера после того, как продюсер и режиссёр увидели его в спектакле «Опасные связи», где он играл виконта де Вальмонта.
10. Во время первого дубля встречи Ганса Грубера с Джоном Макклейном Алан Рикман повредил колено, прыгнув с высоты 90 см. Неделю его снимали крупным планом — актёр мог стоять только на одной ноге, скрывая ортез под брюками.
11. В немецкой версии фильма имена и происхождение террористов изменили: Ганс Грубер стал Джеком Грубером, Карл — Чарли, Генрих — Генри. Террористы превратились из немцев в радикальных ирландских активистов.
12. Брюс Уиллис использовал 17 одинаковых маек разной степени загрязнённости и повреждений — они постепенно «состаривались» по ходу фильма.
13. Сцена, где Макклейн разбивает окно стулом, получилась с налётом импровизации: окно оказалось слишком прочным, и Уиллис сломал стул, пытаясь его разломать.
14. Съёмки интерьеров небоскрёба «Накатоми Плаза» проходили в недостроенных офисах компании 20th Century Fox — причём компания взимала арендную плату за использование своего же здания в своём же фильме!
15. Здание, где снимали фильм (Fox Plaza), было построено всего за несколько месяцев до съёмок. После выхода фильма внутри здания до сих пор запрещена любая фото- и видеосъёмка.
16. Фраза «Yippee-kai-yay, motherfucker!» («Йо-хо-хо, ублюдок!») стала визитной карточкой персонажа. Она присутствует во всех четырёх фильмах серии и заняла 96-е место в списке 100 величайших кинофраз по версии журнала Premiere (2007 год).
17. В книге Родерика Торпа, по которой снят фильм, главный герой спасает от преступников свою дочь, а не жену (как в фильме).
18. Джон Мактирнан специально не показывал лицо Ганса Грубера крупным планом во время стрельбы — Алан Рикман непроизвольно вздрагивал при выстрелах, что не сочеталось с образом хладнокровного злодея.
19. Во время съёмок Брюс Уиллис и Деми Мур поженились.
20. Плюшевый мишка, который несёт Джон Макклейн, позже «снялся» в фильме «Погоня за „Красным октябрём“» (1990).