Ни один шахматист не выиграет партии, имея на руках одну фигуру короля против всех фигур противника.
Море — это многоэтажное здание. В каждом «этаже» живут свои обитатели, которые не поднимаются в верхние и не спускаются в нижние «этажи».
Едва ли есть на земном шаре другое место, где на таком небольшом пространстве было бы сосредоточено столько человеческого страдания…
…хотя я имел некоторое отношение к литературе, так сказать… Крупнейшие бумажные фабрики и… обойные на юге Франции.
… Ужас перед неизвестным. Горе тому, кто не сумеет сразу побороть этот ужас: слепые инстинкты гасят тогда мысль, парализуют волю, самообладание.
Море хоронит погибшие корабли, земля – людей.
Какой нечеловеческий ужас, какие страшные страдания должны были испытать живые обладатели выбеленных солнцем черепов, скаливших теперь зубы в страшной улыбке! И все они улыбались, улыбались до ушей…
Он был из тех людей, для которых препятствия существуют только для того, чтобы преодолевать их.
Каждый корабль был свидетелем великой трагедии, происходившей на нем пятьдесят, сто, двести лет тому назад.
Посмотрите на эту водную поверхность, — говорил он, указывая на безграничную гладь океана. — Тихий и Атлантический океаны занимают двести пятьдесят пять миллионов квадратных километров — вдвое большую площадь, чем все пять частей света вместе. Недаром океан издавна служил символом бесконечности, мощи, непокоренной воли. Он неистощим в своей доброте и в гневе… Он бесконечно много дает, но может и отобрать все — самое жизнь. Неудивительно, что в древности его обожествляли. Но и этот «бог» был побежден в тот самый момент, когда первобытный человек, упавший в воду, случайно ухватился за плавающий ствол дерева и убедился, что этот ствол держит его на воде. С этого момента начинается история покорения океана — история мореплавания. Придать куску дерева наибольшую устойчивость, научиться управлять им по желанию — вот к чему сводился прогресс в области кораблестроения на протяжении многих тысячелетий.
Каждая профессия создает свои навыки, дисциплинирует мысли в известном направлении.
Океан – колыбель всей органической жизни на земле.
Море – это многоэтажное здание. В каждом «этаже» живут свои обитатели, которые не поднимаются в верхние и не спускаются в нижние «этажи».
Здесь, среди людей своего круга, в этом месте, недоступном обыкновенным смертным, она чувствовала себя в относительной безопасности.
То, что мы попали в область Саргассова моря, таинственного моря, которое расположено западнее Корво – одного из Азорских островов. Это море занимает площадь в шесть раз больше Германии. Оно все сплошь покрыто густым ковром водорослей. «Водоросль» по-испански – «саргасса», отсюда и название моря.
Швейцария? Это горное пастбище туристов. Я сама объездила весь свет, но ненавижу этих жвачных двуногих с Бедекером вместо хвоста. Они изжевали глазами все красоты природы.
Изысканно одетые мужчины, еще вчера с галантной любезностью оказывавшие дамам мелкие услуги, теперь топтали тела этих дам
Едва ли что-нибудь в мире могло быть печальнее зрелища этого громадного кладбища
Крики ужаса и восторга, насмешливые возгласы, хохот, аплодисменты – все смешалось в дикой какофонии.
Мисс Кингман, – шепнул ей на ухо Гатлинг, – вы совершенно свободны, и я не предъявляю на вас никаких прав. Я не смею думать, чтобы вы соединили свою судьбу с судьбой… преступника, – еще тише добавил он.
Утро настало солнечное, ясное. Пили кофе на палубе, под тентом. Океан вздыхал темно-синими волнами ровно и ритмично, свежий морской воздух вливал бодрость
Нервный подъем, неразлучный с рискованными предприятиями, ему был необходим, как наркотик.
Но… вы не сбежите, если мне станет худо? – Непременно, – ответил Гатлинг, укладываясь на койке. – Порву цепочку и сбегу… брошусь в волны. Предпочитаю общество акул…
А что, на этих кораблях, вероятно, много и… редкостей всяких находили? – вставил слово и Симпкинс.
Гатлинг скрипнул зубами, отбросил трубку и, раскрутив конец веревки, кинул ее утопавшему.
Продажный сыщик, шпион, который не остановится даже после спасения сейчас же предать Гатлинга в руки властей, чтобы получить свои тридцать сребреников.
Симпкинс явно был не расположен пускаться в экскурсию по этому мрачному кладбищу. – Какой смысл? – попытался он уклониться.
– Пятьдесят тысяч гульденов, – думал вслух Симпкинс, провожая глазами удалявшийся бриг. – Сколько же это будет по курсу на сегодняшнее число?..
И все чаще Симпкинс стал являться на эти вечерние собрания с бутылкой вина: с горя он запил.
Симпкинс почувствовал, как холодом пахнýло в затылок и волосы на голове поднялись. Ему казалось, что он ощущает напряжение каждого волоса. С диким ревом бросился он, спотыкаясь и падая, вверх, на палубу. Навстречу ему шел Гатлинг. Симпкинс, забыв обо всем, кроме страха перед неизвестным, чуть не бросился в объятия того, от которого только что спасался, как мышь в норе.
Из этих разговоров мисс Кингман могла убедиться в том, что ее собеседник образован, тактичен и воспитан.
Они охотно беседовали друг с другом по вечерам, при закате солнца, покончив со своим маленьким хозяйством. Симпкинс торчал на своей сторожевой вышке, ища дымок парохода, как вестник спасения, профессионального триумфа и обещанной награды.
– Но почему же тогда пассажиры оставили пароход? – Никто не мог сказать, выдержит ли пароход, чтобы оказаться способным держаться на поверхности. Посмотрите: киль ушел в воду. Корма поднялась так, что видны лопасти винтов. Палуба наклонена под углом почти в тридцать градусов к поверхности океана. Не очень-то удобно ходить по этому косогору, но это все же лучше, чем барахтаться в воде. Мы еще дешево отделались. На пароходе имеются громадные запасы провианта и воды. И если нас не слишком отнесло от океанских путей, мы можем скоро встретить какое-нибудь судно, которое подберет нас.
– Современные океанские пароходы, – отвечал Гатлинг, – снабжаются внутренними переборками, или стенками. При пробоинах вода заполняет только часть парохода, не проникая дальше. И если разрушения не слишком велики, пароход может держаться на поверхности даже с большими пробоинами.
Гатлинг подошел вплотную к Симпкинсу и спокойно, но внушительно сказал: – Послушайте, Симпкинс, если вы не перестанете болтать свои глупости, я возьму вас за шиворот, вот так, и выброшу за борт, как слепого котенка, вместе с вашим автоматическим пистолетом, который так же намозолил мне глаза, как и вы сами. Понимаете? Уберите сейчас же в карман ваше оружие и следуйте за мной. Нам надо приготовить для мисс завтрак и разыскать бутылку хорошего вина.
– Благодарю вас, вы спасли мне жизнь. – Это долг каждого из нас, – без всякой рисовки ответил Гатлинг.
Но Гатлинг, не обращая на сыщика никакого внимания, подошел к борту и внимательно посмотрел вниз. У самого парохода волны качали тело женщины. С последними усилиями она протягивала руки и, когда волны прибивали ее к пароходу, тщетно пыталась уцепиться за железную обшивку. Гатлинг сбросил плащ и прыгнул за борт. – Вы хотите бежать? Вы ответите за это. – И, вынув револьвер, сыщик направил его в голову Гатлинга. – Я буду стрелять при первой вашей попытке отплыть от парохода. – Не говорите глупостей и бросайте скорей конец каната, идиот вы этакий! – крикнул в ответ Гатлинг, хватая за руку утопавшую женщину, которая уже теряла сознание.
Но мелькнувшая даже в это мгновение мысль о десяти тысячах долларов удержала его.
Гатлинг! Там что-то случилось. Я иду посмотреть. Простите, но я должен запереть вас! – прокричал Симпкинс. Гатлинг презрительно посмотрел на сыщика и ничего не ответил
Спутники молчали. У всех было такое чувство, будто их заживо привезли на кладбище.
Удивительно! – воскликнул Гатлинг. – Почти на таком же судне плыл Колумб, и одна из его каравелл также называлась «Санта Мария», две другие – «Пинта» и «Нина». А вот смотрите, – и дальнозоркий Гатлинг прочитал на борту линейного корабля: – «Генри». Дальше, видите, трехпалубное судно: «Суверен морей» и «1637 год» на его борту.
Горе тому, кто не сумеет сразу побороть этот ужас: слепые инстинкты гасят тогда мысль, парализуют волю, самообладание.
Качка усиливалась. Буря разыгрывалась не на шутку. Пароход ложился на левый бок, медленно поднимался. Опять… Еще… Как пьяный…
«Остров погибших кораблей» — приключенческий роман русского советского писателя-фантаста Александра Беляева. Впервые опубликован в 1926–1927 годах в журнале «Всемирный следопыт».
Сюжет книги:
в 1920-е годы в океане терпит крушение трансатлантический лайнер. Чудом уцелевших пассажиров — Реджинальда Гатлинга, арестованного за преступление, которого он не совершал, конвоирующего его в Штаты сыщика Симпкинса и прекрасную Вивиану Кингман — течением относит в стоячие воды страшного и таинственного Саргассова моря. Там они оказываются пленниками обитателей загадочного рукотворного острова, созданного из заносимых сюда на протяжении многих веков останков кораблей всех времён и народов.
Персонажи: Реджинальд Гатлинг — инженер по кораблестроению, подозревавшийся в убийстве своей невесты после того, как она была просватана другому; был арестован Симпкинсом после прибытия в Европу, где собирался искать новую жизнь; Вивиана Кингман (Гатлинг) — дочь американского миллиардера, возвращающаяся из путешествия по Европе, позже становится женой Реджинальда Гатлинга; Фергус Слейтон (Авраам Гортван) — губернатор острова, держит жителей в строгом подчинении, жестокий аферист, мечтающий присвоить состояние своего брата; Флорес — главный соперник Фергуса Слейтона, претендующий на роль губернатора, любит свою жену Мэгги, неплохо манипулирует людьми, сумел завоевать популярность, ослабив давление на жителей и приблизив некоторых из них к себе; Мэгги Флорес — жена Флореса, терпела жестокость губернатора Слейтона, когда была выдана за него, получила развод и вышла за Флореса; Джим Симпкинс — нью-йоркский сыщик, жаден до денег, но не лишён чувства справедливости, сопровождает арестованного Гатлинга на пароходе в Америку; Делла Джексон — прежняя возлюбленная Гатлинга, дочь хозяина завода, где Реджинальд работал, должна была выйти за сына банкира Лорроби, но была им убита, когда отказалась от этого решения; Аристид Додэ-Тернип — француз, видимо, бывший владелец бумажных и обойных фабрик, один из участников и организаторов побега главных героев; Ида Додэ-Тернип — жена Аристида Доде, почтенная пожилая женщина, покинула остров при побеге вместе с мужем и главными героями; Джулио Бокко — пожилой итальянец, самый старый человек на острове, назначен Флоресом своим вторым секретарём, подговорил островитян на мятеж; Лорроби — сын богатого банкира, жених Деллы Джексон, убил её после окончательного отказа; Людерс — немец, учёный, увлёкшийся на острове историей кораблестроения, собрал большую коллекцию бортовых журналов; Хао-Жень — китаец, пристрастившийся к опиуму от тоски по родной земле, безоговорочно подчиняется Фергусу Слейтону; О’Гара — ирландец, пытался добиться руки Вивианы в поединке с губернатором, но проиграл, назначен Флоресом своим личным секретарём; Эдвард Гортван — младший брат Авраама Гортвана (Фергуса Слейтона), талантливый пианист, ставший жертвой алчности своего брата; Муррей — капитан корабля «Вызывающий», на котором был совершён повторный визит к Острову Погибших Кораблей; Томсон — профессор-океанограф, участник повторного визита на Остров Погибших Кораблей; Шолом-Трепач — ближайший помощник Слейтона, раскрыл островитянам всю правду, узнав об измене жены, убит Слейтоном; Симмонс — полицейский из фильма «Дожди в океане», преследовал Картера, чтобы арестовать его по обвинению в убийстве, вместе с Картером и Лилиан оказался на заброшенной барже; Картер — инженер из фильма «Дожди в океане», обвинён в убийстве, спасая Лилиан, оказался на заброшенной барже; Лилиан — путешественница на океанском лайнере из фильма «Дожди в океане», вместе с двумя мужчинами оказалась на заброшенной барже; Володя — персонаж фильма 1987 года, после ссоры с женой выходит на улицу и неожиданно оказывается в Марселе в 1928 году, причём в теле Реджинальда Гатлинга.
