Карл Ларсон: «Я думаю, вы совершаете большую ошибку, капитан».
Ник Ванзант: «О, да? Не хочешь прояснить это?»
Карл Ларсон: «Я предлагаю вам возможность, которая выпадает раз в жизни, а вы отказываетесь от неё ради всех нас».
Ник Ванзант: «Для всех нас? Ваш шанс всей жизни стоил нам жизни капитана нашего корабля, он поставил под угрозу жизни этой команды, и это пустая трата нашего критического времени».
Ник Ванзант: «Я не уверен, что мы не должны просто выбросить его из ближайшего шлюза».
Карл Ларсон: «Ты не можешь быть серьёзным! Ты хоть понимаешь, что говоришь?»
Ник Ванзант: «Я говорю, что я не знаю, что это, чёрт возьми, такое, и ничто из того, что вы мне показали или рассказали, не указывает на то, что вы тоже знаете».
Ник Ванзант: «Может быть, это инопланетный артефакт, может быть, это магический трюк. Может быть, это квинтэссенция знаний развитой цивилизации, может быть, это просто игрушка, детская игрушка инопланетянина».
Даника: «Или инопланетный сексуальный объект; похоже на то…»
Ник Ванзант: «Или, может быть, это было что-то настолько опасное, что единственный способ, которым кто-то мог наконец избавиться от этого, — это похоронить его… Может быть… ему нечего делать на этом корабле».
Ник Ванзант: «Посмотри на это! Мы даже не знаем, что это, чёрт возьми, такое. Это может быть просто свет, или бомба, или…»
Доктор Каэла Эверс: «Когда вы сказали, что бывали в ситуациях и похуже этой, вы лгали?»
Ник Ванзант: «Нет. Когда мы падали к планете и двигатели заглохли? Это было хуже».
Ник Ванзант: «Я за порядок. Я бы сказал, что прямо сейчас порядок выше на одно очко за одну минуту до конца, и мяч у хаоса».
Ник Ванзант: «Боже, что случилось с твоим роботом?»
Доктор Каэла Эверс: «Ничего».
Ник Ванзант: «Серьёзно? Я надеюсь, что со мной „ничего“ не случится».
Ник Ванзант: «Послушай. Поскольку мы не раскрываем приятных сторон друг друга, почему бы тебе не рассказать мне, что, чёрт возьми, тебя так сильно беспокоит во мне, чтобы я мог…»
Доктор Каэла Эверс: «Мне не нравится Хейзен. Это просто не побег типа Н, изменяющий сознание. Мне не нравится, что это делает с людьми, которые это принимают; мне не нравится, что они делают с другими».
Ник Ванзант: «Я не кто-то другой».
Доктор Каэла Эверс: «Я этого и не говорила».
Ник Ванзант: «Я ничего не могу сделать, чтобы изменить прошлое, ни твоё, ни моё».
Ник Ванзант: «Исцели себя сам, доктор» (шепчет, кладя перед ней неиспользованное лекарство Хейзена от отмены).
Ник Ванзант: «Я обнаружил, что оставаться чистым — всё равно что оставаться живым… ты либо чист, либо нет».
Сцена 1. Паника при прыжке (Капитан Марли и техник Бенджамин)
(Грохот, вибрация, корабль трясёт. Экран мерцает.)
Капитан Марли (Эй Джей): Бендж, чёрт возьми, что с гравитацией?! Мы входим в облако обломков!
Бенджамин Сотомейор: Я не могу стабилизировать вектор! Система выдаёт перегрузку — мы теряем 82% маневрового топлива!
Марли: Держи курс! Нам нужен прыжок, иначе через 17 часов нас испепелит гравитация гиганта!
Бенджамин (хрипло): Прыжковый двигатель не успеет перезарядиться, капитан! У нас нет окна!
Сцена 2. Холодный допрос (Ник Вэнзант и спасённый Карл Ларсон)
(Каюта. Ник пристально смотрит на Карла, который сидит, прижимая к себе загадочный контейнер.)
Ник: Ты кричал о помощи, но твой челнок был пуст. Где остальные?
Карл (нервно): Они… они погибли при взрыве генератора. Я единственный, кто успел отстыковаться.
Ник: А это? (кивает на контейнер) Ты контрабандой провёз инопланетный артефакт?
Карл (сжимает контейнер): Это не контрабанда. Это… ключ. Он может изменить всё.
Ник (тихо): Если ты лжёшь, я выброшу тебя в шлюз вместе с твоим ключом.
Сцена 3. Отстранённый разговор о науке (Доктор Каила Эверс и Ерзи Пеналоса)
(Медблок. Каила изучает данные на экране, Ерзи настраивает сканеры.)
Каила: Компьютер определил структуру как «девятимерную материю». Ты когда-нибудь слышал о таком?
Ерзи: Только в теории квантовых аномалий. Если это правда, то объект нестабилен. Он может схлопнуться в чёрную дыру или взорваться с силой сверхновой.
Каила: А если он живой?
Ерзи (почёсывая бороду): Тогда мы в глубоком дерьме, док. Потому что он уже начал влиять на биоритмы экипажа.
Сцена 4. Истерика перед финалом (Даника Лунд и Ник)
(Спасательная капсула. Даника дрожит, прижимая к груди аптечку.)
Даника: Ник, он убил Ерзи! Он убил их всех! Он не человек, он…
Ник: Успокойся, Даника. Нам нужно добраться до шахтёрской платформы. Там есть топливо.
Даника (кричит): А если он догонит нас? Что, если он уже здесь?!
Ник (сжимает её плечо): Если он здесь — мы будем драться. Но сначала мы спасёмся. Держись.
О фильме:
«Сверхновая» (2000) — это тот случай, когда фильм не стал громким хитом, но при внимательном просмотре обнаруживает в себе определённое очарование и крепкий потенциал. Разберём, за что его можно полюбить, а что вызывает вопросы.
Что понравилось (плюсы):
• Визуальная эстетика космоса. Пожалуй, самая сильная сторона картины — это кадры бескрайней Вселенной, гравитационных аномалий и умирающих звёзд. Космическая съёмка выглядит цельной и завораживающей, создаёт нужное ощущение величия и опасности.
• Актёрский состав. Собрана достойная команда, где Джеймс Спэйдер и Анджела Бассетт вытягивают на себе немалую часть экранного времени. Их экранная химия и профессионализм сглаживают шероховатости сценария.
• Идея и задел на интригу. В основе лежит крепкий научно-фантастический концепт: спасательная миссия, таинственный выживший, инопланетный артефакт и угроза взрыва сверхновой. Если не вдаваться в детали, общая канва держит в тонусе.
• Атмосфера замкнутого пространства. Ощущение клаустрофобии на борту корабля передано неплохо — зритель действительно чувствует себя частью изолированной команды, у которой стремительно заканчиваются варианты действий.
Что не понравилось (минусы):
• Затянутый и неровный темп. Фильм кажется длиннее, чем есть на самом деле. Динамика местами проседает, будто картина мечется между жанрами, не решаясь стать ни чистым триллером, ни полноценным космическим хоррором.
• Шаблонность персонажей. Экипаж порой напоминает набор картонных фигур с предсказуемыми реакциями, а не живых людей.
• Логические нестыковки и слабая проработка деталей. Сценарий местами выглядит сыроватым: мотивация некоторых героев вызывает вопросы, а развитие событий порой кажется надуманным ради создания очередного препятствия.
• Звуковое оформление. Для космической фантастики звуковая атмосфера могла бы быть более глубокой и давящей, чтобы усилить эффект изоляции и угрозы.
Итог:
«Сверхновая» — фильм со сложной судьбой и неровной структурой, но с красивыми кадрами и интересной задумкой. Если подходить к нему без завышенных ожиданий и как к среднему, но смотрибельному фантастическому триллеру, удовольствие от просмотра вполне можно получить.
Вот несколько малоизвестных, но любопытных фактов о фильме «Сверхновая» (2000), поданных в свободном стиле:
• Долгий путь к экрану. История этого фильма напоминает сюжет космической одиссеи: проект зародился ещё в 1990 году под рабочим названием «Мёртвая звезда». Идея была проста — «Мёртвый штиль» в условиях космоса, но путь от сценария до премьеры занял целых 12 лет, превратив производство в настоящий ад для всех участников.
• Режиссёрская драма и псевдоним. Уолтер Хилл, изначально взявшийся за постановку, в итоге настолько разочаровался в итоговом продукте из-за студийного вмешательства, что официально отказался от авторства. Чтобы формально дистанцироваться от фильма, он использовал вымышленный псевдоним «Томас Ли», войдя в историю как один из редких случаев применения такого режиссёрского «алиби».
• Три режиссёра в одном. По сути, у «Сверхновой» было сразу три постановщика. Помимо Уолтера Хилла, над фильмом работали Джек Шолдер (он занимался перемонтажом и досъёмками) и Фрэнсис Форд Коппола (он провёл финальную «шлифовку» картины). Имена Шолдера и Копполы в финальных титрах не указаны.
• Бюджетный провал космических масштабов. Студия MGM вложила в производство колоссальные по тем временам 90 миллионов долларов. При этом кассовые сборы оказались катастрофически низкими — всего около 15 миллионов. Этот кассовый провал надолго стал «чёрной меткой» в карьере Уолтера Хилла.
• Секреты невесомости. Одна из самых обсуждаемых сцен фильма — эпизод с невесомостью — стала техническим квестом. Изначально отснятые кадры пришлось кардинально переработать: для финального монтажа лица главных героев (Джеймса Спейдера и Анджелы Бассетт) были цифровым способом наложены на тела других актёров, участвовавших в сложных трюках.
• Сокращённая судьба капитана. Актёр Роберт Форстер, сыгравший капитана Марли, получил крайне мало экранного времени. Его персонаж погибает уже на 18-й минуте фильма, что стало неожиданным поворотом для зрителя, учитывая статус актёра.
• Незавершённая вселенная. Существует несколько часов отснятого, но так и не использованного материала. Часть этих сцен противоречила друг другу из-за постоянных переписываний сценария прямо во время съёмок, поэтому они так и остались на полке.