Алексей Бестужев: «Ваше Величество, женить срочно Петра нужно!»
Императрица Елизавета: «Молод ещё наследник…»
Алексей Бестужев: «Молод! Дня без винища не может. Совсем опаскудился».
Императрица Елизавета: «Ты говори, говори, да не заговаривайся!»
Анастасия Ягужинская: «Что же теперь будет, Сашенька?! За обиду царской фамилии — крепость, а потом — Сибирь!»
Александр Белов: «Ну, вот в Сибири и встретимся».
Императрица Елизавета: «Так что, Белов, был ты в домике аль нет?»
Александр Белов: «Не был, Ваше Величество. А случись я там — защитил бы женщину. Потому что честь женщины превыше всего».
Императрица Елизавета: «Ну, а как же долг военный, а? Белов?»
Александр Белов: «Долг военный в том вижу, чтоб служить чести и славе Вашего Величества!»
Брюммер: «Мы, немцы, больше верим факту, нежели некой интуиции…»
Императрица Елизавета: «Да? Ну а почему ж ты тогда служишь мне, а не королю прусскому Фридриху? Что, платит мало? Это вы там по факту живёте, а мы тут — по воле Божьей».
Никита Оленев: «Гаврила, внимай, цитирую: „Ум, хорошо устроенный, дороже, чем…“ Что?»
Гаврила: «…чем ум, хорошо наполненный!»
Гаврила: «Девица… А я, как на грех, небритый!»
Фике: «Наш король Фридрих чтит вашу императрицу Эльзу. Говорят, у неё золотой трон, на башмаках бриллианты, вместо половиков дорогие меха, а все верёвки во дворце из золотых ниток!»
Никита Оленев: «Скажите, а эта знатная особа, она что — молода, красива?»
Фике: «Не важно. Она женщина. А женщина всегда чувствует себя молодой и красивой…»
Маркиз Шетарди: «Нищета делает людей уступчивыми. Из безликой принцессы Софьи сделают куклу, марионетку в чужих руках. А она согласится на всё в благодарность за корону».
Шевалье Де Брильи: «Не скажите. Богатство и власть кружат голову. Нет более жестокого хозяина, чем освобождённый раб».
Шевалье Де Брильи: «Особы подобного рода падки на всяческие эффекты. И вообще женщины обожают опекать слабых, жалких, больных и убогих. Это их, видите ли, возвышает!»
Гаврила: «Славная страна Германия — под каждой ёлкой по разбойнику!»
Шевалье Де Брильи: «Что вы читаете, прелестное дитя?»
Фике: «Ларошфуко…»
Шевалье Де Брильи: «Ларошфуко… И чему вас учит сей великий француз, философ и насмешник?»
Фике: «Истинная любовь одна, но подделок под неё — тысячи…»
Графиня Чернышёва: «Хотите пирожок?»
Анастасия Ягужинская: «Хочу! Я когда волнуюсь, мне очень кушать хочется!»
Графиня Чернышёва: «Милая моя, ты все пирожки от переживаний умяла!»
Шевалье Де Брильи: «Ваши глаза — озёра. В них можно утонуть…»
Фике: «Но вы уже утонули в глазах моей матери… Сударь, я ненавижу утопленников…»
Шевалье Де Брильи: «Не беспокойтесь, сударыня, я отличный пловец!»
Фике: «Я ещё мало знаю русских, но те, кого я встретила, покорили меня своим благородством и великодушием! Я много думала: я выбрала Россию! Я хочу стать русской и сделаю всё, чтобы русский народ полюбил меня!»
Никита Оленев: «Фике, милая… Фике! Ну, наконец-то я нашёл Вас!»
Фике: «Нет-нет, Вы ошиблись. Мы не знакомы…»
Никита Оленев: «Как?! Фике…»
Камердинер: «Юноша! Здесь нет Фике! Здесь есть принцесса Ангальт-Цербстская, Софья-Августа-Фредерика, невеста наследника престола Российского!»
О фильме:
«Виват, гардемарины!» 1991 года воспринимается многими как достойное, но всё же слегка уступающее оригиналу продолжение. Если «Гардемарины, вперёд!» запомнились цельной историей о дружбе и приключениях, то сиквел часто кажется более разбросанным и перегруженным новыми линиями.
Что понравилось зрителям (плюсы):
• Великолепная игра актёров второго плана. Многие считают, что именно персонажи Людмилы Гурченко (честолюбивая мать будущей императрицы) и Михаила Боярского (обаятельный и трагичный шевалье де Брильи) стали настоящими звёздами фильма. Их образы получились яркими, живыми и даже затмевают главных героев.
• Атмосферная картинка и костюмы. Зимние пейзажи, интерьеры дворцов и тщательно подобранные наряды создают ощущение погружения в эпоху. Операторская работа по-прежнему на высоте — кадры выглядят живописно.
• Музыкальная составляющая. Песни остаются узнаваемыми и душевными, продолжая традицию первой части.
• Харизма Михаила Боярского. Де Брильи воспринимается не просто как злодей, а как сложный, романтичный и трагичный персонаж, который добавляет фильму эмоциональную глубину.
• Наталья Гундарева в роли императрицы. Её Елизавета Петровна вышла запоминающейся, с характерной мимикой и манерой держаться.
Что вызвало нарекания (минусы):
• Смещение акцентов с главных героев. Тройка гардемаринов отошла на второй план. Их приключения выглядят как фон для интриг вокруг принцессы и де Брильи, из-за чего динамика и эмоциональная вовлечённость зрителя снижаются.
• Замена актёра в ключевой роли. Уход Владимира Шевелькова и появление Михаила Мамаева в роли князя Оленева смутил многих зрителей — преемственность поколений и узнаваемость героя оказались нарушены.
• Сюжетные нестыковки и «дыры». Некоторые сцены выглядят неправдоподобно (например, внезапное появление верёвок в сценах побега), а логика действий героев порой вызывает вопросы.
• Избыточный пафос и наивность. Для современного зрителя фильм может показаться слишком наивным, местами перегруженным пафосными монологами и излишне театральными сценами.
• Перегруженность второстепенными линиями. Сюжет кажется разбросанным: внимание распыляется между историей принцессы, интригами её матери, судьбой де Брильи и собственно миссией гардемаринов.
Краткий итог:
Фильм смотрится легко и атмосферно, его приятно включать для ностальгического фона, но по плотности сюжета, целостности истории и харизме главных героев он действительно ощущается чуть слабее «Гардемаринов, вперёд!».
Вот несколько малоизвестных, но любопытных фактов о создании фильма «Виват, гардемарины!»:
• Замена «золотого» гардемарина. Зрители были немало удивлены, увидев в роли князя Никиты Оленева не Владимира Шевелькова, а новичка Михаила Мамаева. Причина проста: Шевельков категорически отказался сниматься в продолжении, считая роль Оленева губительной для своей карьеры. Чтобы объяснить исчезновение героя, сценаристам пришлось придумать сюжетный ход — теперь в приключениях участвует брат Оленева.
• Военная служба гардемарина. Сергей Жигунов едва не сорвал съёмки: прямо перед началом работы его призвали в армию. Спасла ситуация только одна деталь — актёр попал в кавалерийский полк, который был единственной воинской частью в СССР, разрешавшей своим бойцам участвовать в киносъёмках.
• Стрижка под ноль. Из-за армейской службы Жигунов лишился своей фирменной шевелюры. В середине съёмок его герой Белов предстал перед зрителями коротко стриженным. Режиссёру пришлось срочно заказывать парик, но в некоторых сценах искусственные кудри выглядели неестественно.
• Голос вместо Жигунова. Александр Домогаров озвучил роль Сергея Жигунова. Режиссёр Светлана Дружинина посчитала, что мягкий тембр Жигунова не подходит брутальному образу Белова, а хрипловатый голос Домогарова идеально ложится на характер героя. Сам Жигунов был этим решением обижен.
• Поющая тройка. Дмитрий Харатьян не только исполнял песни за своего персонажа, но и фактически стал «голосом» всей троицы — он пел также за героя Жигунова.
• Болезнь режиссёра. Светлана Дружинина снимала фильм, находясь в крайне тяжёлом физическом состоянии: она ещё не оправилась после травмы, полученной на съёмках первой части (сломала ногу, упала с лошади). Она руководила процессом, передвигаясь на костылях, при этом у неё плохо работала рука.
• Магический знак. Сама идея взяться за продолжение казалась Дружининой сомнительной, пока в её квартире не случился пожар. Огонь уничтожил большую часть библиотеки, но рукопись сценария Нины Соротокиной осталась совершенно невредимой. Режиссёр восприняла это как мистический знак свыше и дала добро на съёмки.
• Испытание холодом для Гурченко. Людмила Гурченко снималась в неотапливаемом замке в ГДР. От холода её платья покрывались инеем, а губы синели. Чтобы согреть актрису, под ноги поставили таз с горячей водой, но пар начал запотевать объектив камеры. Находчивый оператор решил проблему, переобув актрису в валенки — они не были видны под пышными нарядами императрицы.
• Опасная сцена с лошадьми. Дмитрий Харатьян едва не пострадал во время съёмок конной погони. По одной из версий, перед съёмкой его случайно напоили алкоголем (из-за розыгрыша со стороны коллег), конь почувствовал запах и сбросил наездника. После этого случая Харатьян начал относиться к лошадям с опаской, хотя по сюжету ему приходилось часто ездить верхом.
• Тайна «ланфрен-ланфра». Знаменитый припев из песни — не какой-то старинный французский текст, а чистая выдумка поэта Юрия Ряшенцева. Он просто имитировал старинные французские припевы (по аналогии с русским «ой-лю-ли»), чтобы создать нужную атмосферу.