Средства у нас есть. У нас ума не хватает…
Поздравляю тебя, Шарик, ты балбес!
Мне наша квартира передачу «Что? Где? Когда?» напоминает! Не поймешь, что где находится и когда все это кончится!
Попрошу внимания! Сделайте, пожалуйста, умные лица!
— Ну и что это? Что это за народное творчество?
— Эх ты, серость! Это индейская национальная народная изба. «Фиг-Вам» называется!
— Дожили! Мы его, можно сказать, на помойке нашли, отмыли, очистили от очисток, а он нам тут фигвамы рисует…
А мы уже помирились. Потому что совместный труд для моей пользы — он объединяет!
— Говорил я этому охотнику: купи себе валенки! А он что: пошел и кеды купил — они, говорят, красивее.
— Это он не подумавши сделал. У нас зимой в кедах даже студенты не ходят.
— Ну то, что ездовые собаки бывают, это я слышал. А вот чтобы ездовые коты — это перебор.
— А ездовые почтальоны вам не встречались?
— Ничего, ничего. У нас зимой дороги такие и погода такая, что уже ездовые академики встречаются. Сам видел.
— Здравствуйте! Угадайте, кто я?
— Адмирал. Иван Федорович Крузенштерн — человек и пароход!
А я всё чаще замечаю,
Что меня как будто кто-то подменил…
О морях и не мечтаю —
Телевизер мне природу заменил.
Что было вчера — то забыть мне пора
С завтрашнего дня, с завтрашнего дня.
Ни соседям, ни друзьям — никому
Не узнать меня, не узнать меня…
Больше килограмма, это посылка. Сейчас мы её доставим. А если вы на него бочку катите, это уже контейнерная перевозка получается. Этим Трансагентство занимается в сельской местности.
— А я не буду ему ответ писать. Я вот сейчас в него кочергу брошу, чтоб не обзывался!
— Зачем бросать? Если почта есть. Сейчас мы ее упакуем и передадим. Это же бандероль получается.
— Странная у вас какая-то настроечная таблица — кругами!
— Это не таблица. Это у них всё паутиной заросло. Потому что они не разговаривают. У них на каждой кастрюле такая таблица. И на печке даже.
— Ой, какая радость! Там, в телевизоре, какой-то дядя с большими усами вашей маме цветы подарил!
— Я бы этому дяде с большими ушами уши бы пооткрутил!
— Я сейчас вам его покажу. Вот он, этот коварный тип гражданской наружности!
— Ну как у вас дела?
— Решили с папой второго ребёнка доставать.
— Что делается… Раньше шубы, мотоциклы доставали. Теперь детей доставать начали.
Ээх… лучше бы дядя Фёдор вместо тебя черепаху завёл в коробочке.
— Ну и ну. Ну и ну…
— Да.
— Что делается…
— Да.
— На дворе — конец двадцатого века.
— Да.
— А у нас в доме одна пара валенок на двоих. Ну как при царе Горохе…
Это не техника дошла, а я сама сюда дошла. На лыжах.
— А дальше чего писать?
— Обычно про погоду пишут.
— Погода… погода у нас хорошая…
— Хе-хе, ничего себе «хорошая»! Метель два дня воет. Всю охоту замело.
— А вы помолчите, товарищ пес. Будете ответ писать — про свою погоду напишете.
А о нас кто подумает? Адмирал Иван Фёдорович Крузенштерн?
— Я, конечно, люблю природу. Но не до такой степени, чтобы в концертных платьях в электричках разъезжать.
— Это верно. В Простоквашино сейчас мороз! Там надо концертную телогрейку надевать и концертные валенки.
— В наше время главное украшение стола что?
— Цветы!
— Кость!
— Телевизор! А он у вас паутину показывает.
— А мне жалко елки рубить! Если все к Новому году будут елки рубить, у нас вместо леса одни пеньки останутся. Это вон для старушек хорошо, когда в лесу одни пеньки.
— Почему это?
— «Почему это»… бестолковый! На них сидеть можно! А что будут птицы делать, зайцы? Ты о них-то подумал?
Ничего себе, вашу маму и там, и тут передают. До чего техника дошла!
— Можно телеграмму послать, или письмо, — на то и почта. Что сказать нельзя, то в письме пишут. Вам какой бланк? Простой, или поздравительный?
— Простой, простой! A чего его баловать-то?
— Не хочет он меня баловать. А мне от тебя ничего и не надо!
— У меня простых нет, у меня только поздравительные.
— Ну вот, опять расходы непредвиденные… Ну, давайте ваш этот, поздравительный.
Кабы не было зимы
В городах и селах,
Никогда б не знали мы
Этих дней веселых.
Не кружила б малышня
Возле снежной бабы,
Не петляла бы лыжня,
Кабы, кабы, кабы…
Не петляла бы лыжня,
Кабы, кабы, кабы…
— Вот и Новый год скоро. Уже часы бьют…
— А мне кажется, это не часы бьют, а кто-то ногой в дверь стучит.
Наверное, он был не как ты, он был хороший человек, раз его именем пароход назвали. И он елки рубить не стал бы! Не то, что некоторые…
«Зима в Простоквашино» — третий советский мультфильм 1984 года из трилогии о Простоквашино.
Сюжет мультфильма:
накануне Нового года Шарик и Матроскин поссорились и перестали разговаривать друг с другом из-за того, что Шарик на зиму вместо валенок купил себе модные кеды. Общаться им помогает почтальон Печкин, который передаёт телеграммы из одного конца избы в другой. На Новый год в Простоквашино приезжают Дядя Фёдор с папой, но без мамы, потому что она должна петь на новогоднем представлении «Голубой огонёк». Их «Запорожец» застрял в снегу, и всем обитателям дома в Простоквашино пришлось вытягивать машину из снега. В процессе вытягивания Шарик с Матроскиным помирились
Простоквашино: когда классика — это огонь!🔥
Ой, девочки, вы не представляете, как я угорала над старым «Простоквашино»! Это же просто космос по сравнению с новой версией, где всё такое… бррр…
А вот старая классика — это что-то с чем-то! Матроскин как всегда философствует, Шарик дурачится, а Дядя Фёдор такой серьёзный, аж умиляюсь! И эти зимние пейзажи — просто сказка!
Новый «Простоквашино» — это, конечно, полный завал. А вот старый — это душевность, тепло и уют! Там даже снег выглядит как-то по-особенному, по-настоящему!
Короче, если хотите поржать от души и получить порцию хорошего настроения — включайте старое «Простоквашино»! А новое… ну его, лучше не надо, поберегите свои нервные клетки!
P.S. Старая версия — 10 из 10! Новая — ну вы поняли… 😝