Реджинальд Брук (Терри-Томас): «Я не могу поверить, что мы приземлились прямо в зоопарке! Это же абсурд!»
Питер Каннингем (Клаудио Брук): «Но… но я думал, что это обычный дом, а не гестапо! Честное слово!»
Алан Макинтош (Майк Маршалл): «Спрячьте меня, пожалуйста! Немедленно! Они идут!»
Огюстен Бюве (Бурвиль): «Эти англичане — просто катастрофа! Но мы должны им помочь…»
Станислас Лефёр (Луи де Фюнес): «Как?! Вы хотите, чтобы я спрятал вас в оперном театре?! Это немыслимо!»
Реджинальд Брук: «Мы должны добраться до демаркационной линии любой ценой! Даже если придётся танцевать!»
Питер Каннингем: «Я не понимаю, почему все так паникуют. Я просто хотел найти уютное местечко для отдыха…»
Алан Макинтош: «Я слышал, что в Париже есть отличные чайные комнаты. Может, заглянем туда?»
Огюстен Бюве: «Если нас поймают, я потеряю работу! Но я не могу бросить этих бедняг…»
Станислас Лефёр: «Они превратили мою оперу в убежище для британских лётчиков! Это скандал!»
Реджинальд Брук: «План прост: мы бежим, они стреляют, мы смеёмся. Классика!»
Питер Каннингем: «Почему все смотрят на меня? Я что-то не так сделал?»
Алан Макинтош: «Я уверен, что знаю короткий путь. Следуйте за мной!»
Огюстен Бюве: «Эти англичане приносят больше проблем, чем пользы. Но они такие милые…»
Станислас Лефёр: «Я дирижирую оркестром, а не шпионской операцией! Что происходит?!»
Реджинальд Брук: «Не волнуйтесь, джентльмены. Всё под контролем… ну, почти.»
Питер Каннингем: «Я думал, что Париж — это город любви, а не погонь!»
Алан Макинтош: «Давайте найдём карту. Я слышал, они полезны в таких ситуациях.»
Огюстен Бюве: «Мы должны действовать быстро. Немецкие патрули уже близко!»
Станислас Лефёр: «Я не могу поверить, что моя жизнь превратилась в комедийный фарс!»
Диалоги из фильма:
Станислас Лефор: «Когда я работаю, никого не должно быть в зале! Кроме Берлиоза и меня!»
Огюстен Буве: «А мои кисти! Совсем новенькие, шёлковые!»
Станислас Лефор: «Я вам куплю целый ящик плоских кистей».
Огюстен Буве: «Нужны круглые! Вы ничего не понимаете!»
Станислас Лефор: «Это не моя вина, это его!»
Огюстен Буве: «Нет-нет, это целиком его затея!»
Огюстен Буве: «Где находится вторая скорость?»
Станислас Лефор: «В машине!»
Огюстен Буве: «А поконкретнее?»
Станислас Лефор: «Между первой и третьей!»
Станислас Лефор: «Ich bin krank… kolossal krank!»
Сэр Реджинальд: «Черт побери, где мы находимся?»
Питер Каннингем: «Вот здесь, сэр».
Сэр Реджинальд: «Ха, „здесь“! Я знаю, что „здесь“. А где „здесь“?»
Станислас Лефор: «Они превратили мою оперу в убежище для британских лётчиков! Это скандал!»
Огюстен Буве: «Эти англичане — просто катастрофа! Но мы должны им помочь…»
Станислас Лефор: «Я дирижирую оркестром, а не шпионской операцией! Что происходит?!»
Сэр Реджинальд: «Не волнуйтесь, джентльмены. Всё под контролем… ну, почти».
Огюстен Буве: «Если нас поймают, я потеряю работу! Но я не могу бросить этих бедняг…»
Станислас Лефор: «Дас ист антракт!»
Огюстен Буве: «Вечером сядем в лужу…»
Станислас Лефор: «Господин дирижёр, ваша дирижёрская палочка на сей раз в моих руках. И я заставлю вас ходить по струнке».
Питер Каннингем: «Я думал, что Париж — это город любви, а не погонь!»
Станислас Лефор: «Это было неплохо, но всё же плохо!»
Огюстен Буве: «Мы должны действовать быстро. Немецкие патрули уже близко!»
Станислас Лефор: «Я не могу поверить, что моя жизнь превратилась в комедийный фарс!»
Сэр Реджинальд: «План прост: мы бежим, они стреляют, мы смеёмся. Классика!»
Огюстен Буве: «Эти англичане приносят больше проблем, чем пользы. Но они такие милые…»
Станислас Лефор: «Убирайтесь! Когда я работаю, никого не должно быть в зале!»
Огюстен Буве: «А моя краска! Купим три банки. В том же магазине».
Станислас Лефор: «Жюльетта знала бы, какую купить».
Огюстен Буве: «Но я же здесь, смотрите. Это не то же самое».
Станислас Лефор: «Вы слышали? Прекрасно! Репетиция окончена, господа!»
Огюстен Буве: «Видно, дела у них плохи, раз они друг друга арестовывают…»
Станислас Лефор: «Какая наглость!»
Питер Каннингем: «Но… но я думал, что это обычный дом, а не гестапо! Честное слово!»
Алан Макинтош: «Спрячьте меня, пожалуйста! Немедленно! Они идут!»
Станислас Лефор: «Как?! Вы хотите, чтобы я спрятал вас в оперном театре?! Это немыслимо!»
Сэр Реджинальд: «Мы должны добраться до демаркационной линии любой ценой! Даже если придётся танцевать!»
Питер Каннингем: «Почему все смотрят на меня? Я что‑то не так сделал?»
Алан Макинтош: «Я уверен, что знаю короткий путь. Следуйте за мной!»
Станислас Лефор: «Если думаете, что я буду плясать под вашу дудку, — ошибаетесь».
Огюстен Буве: «Подождите меня!»
Станислас Лефор: «А вы не возитесь!»
Огюстен Буве: «У меня распухли ноги!»
Станислас Лефор: «Ну и фанфарон вы».
Огюстен Буве: «Вы себе много позволяете».
Сэр Реджинальд: «На этот вопрос неееееееееееет… определённого ответа».
Огюстен Буве: «Ловко вышло».
Станислас Лефор: «Это не моя вина!»
Огюстен Буве: «А чья же?»
Станислас Лефор: «Между нами всегда будет так, ясно?»
Огюстен Буве: «Главное, не отпускайте собак, иначе наверняка собьётесь с пути».
Станислас Лефор: «До свидания».
Огюстен Буве: «Подождите же!»
Сэр Реджинальд: «Хорошие ребята эти лягушатники».
Огюстен Буве: «Стойте, я хочу вернуть вам туфли».
Сэр Реджинальд: «Боюсь, что очень разношу их».
Станислас Лефор: «Что за фамильярности, в конце концов?»
Огюстен Буве: «Эти собаки вас доведут, они превосходно знают дорогу».
Станислас Лефор: «Я ещё ничего, но вот вы… Ваша каска».
Огюстен Буве: «А это ваша. Это вешается на шею».
Станислас Лефор: «Дайте мне эту, она полегче».
Огюстен Буве: «Полегче? Да она такая же!»
Огюстен Буве: «Там два немца».
Станислас Лефор: «Не смотрите. Он за нами шпионит, а мы сделаем вид, что не видим его».
Станислас Лефор: «Дас ист антракт!»
Огюстен Буве: «Что это значит?»
Станислас Лефор: «Это значит — перерыв!»
О фильме:
«Большая прогулка» (1966) — эталон французской комедии, где безупречный дуэт Луи де Фюнеса и Бурвиля превращает каждую сцену в маленький шедевр: их контрастные темпераменты — взвинченная экспрессия одного и невозмутимая простота другого — создают ту самую искрящуюся динамику, за которую зрители любят картину десятилетиями. К сильным сторонам фильма стоит отнести виртуозный юмор, выстроенный не на плоских гэгах, а на выразительной мимике, ритмических паузах и точных интонациях, а также режиссуру Жерара Ури, которая ловко балансирует между фарсом и человечностью, не позволяя персонажам превратиться в карикатуры. Отдельного внимания заслуживает работа оператора и масштаб съёмок: панорамные виды Франции и тщательно выстроенные массовые сцены придают ленте эпический размах, не затмевая при этом камерную игру актёров. Из условных недостатков можно отметить лишь отдельные эпизоды, чья комедийная подача сегодня может показаться слегка прямолинейной, а некоторые шутки — привязанными к реалиям эпохи, но эти нюансы не портят общего впечатления. Фильм не стареет: его хочется пересматривать бесчисленное количество раз, каждый раз подмечая новые детали, заново смеясь над знакомыми репликами и восхищаясь тем, как органично в нём сочетаются безудержное веселье и тонкое понимание человеческой натуры.
«Большая прогулка» (1966) хранит немало любопытных деталей, о которых редко вспоминают за пределами киноведческих кругов. Изначально замысел картины был совсем иным: в основе лежал сценарий о двух сёстрах — монашке и работнице парижского борделя, — которые укрывают сбитого британского лётчика; лишь позже историю радикально перекроили под дуэт Луи де Фюнеса и Бурвиля, превратив её в фарс о вынужденном партнёрстве дирижёра и маляра.
Бюджет ленты — 14 миллионов франков — сделал её самой дорогой комедией своего времени: средства пошли не только на внушительные гонорары звёзд, но и на съёмки в широкоэкранном формате «Панавижн», что для жанра считалось излишеством. География производства охватила всю Францию — от парижских улиц до бургундских пейзажей, а отдельные эпизоды и вовсе рождались из импровизаций: режиссёр Жерар Ури специально не выключал камеры во время сцен с де Фюнесом и Бурвилем, зная, что актёры способны выдать десятки смешных реплик вне текста. Примечательно, что между исполнителями главных ролей царило редкое согласие: при вспыльчивом нраве де Фюнеса именно добродушный Бурвиль умел сглаживать острые углы, и эта тёплая атмосфера на площадке, по мнению современников, во многом определила непринуждённую химию дуэта.
Некоторые детали незаметно отсылают к биографии самих артистов: например, виртуозная игра Станисласа Лефора на фортепиано перекликалась с реальным опытом де Фюнеса, который в годы оккупации зарабатывал на жизнь выступлениями в кафе. А в сцене допроса герой упоминает, что родился в 1914 году — это подлинный год рождения актёра. Любопытен и производственный курьёз: эпизод с падением лётчика в воду снимали в бассейне парижского зоопарка, предназначенном для тюленей, а плотина, фигурирующая в кадре, на момент войны ещё не существовала — её построили незадолго до съёмок, что создало небольшой исторический анахронизм.
В разных странах прокат сопровождался неожиданными правками: в ФРГ ленту укоротили на полчаса, сочтя карикатурный образ немцев излишне резким, а в СССР фильм разделили на две серии, дополнив пересказами и расширенными титрами. При этом «Большая прогулка» долго удерживала рекорд французского проката, оставаясь самой кассовой национальной картиной более четырёх десятилетий, и её успех во многом строился на контрасте: масштабная постановка соседствовала с камерной игрой двух актёров, а военная тема — с обезоруживающе простым, но точным юмором.
Я пересматривал его раз десять — и каждый раз смеюсь до слёз!
Ну вы только представьте: оккупированный Париж, британские лётчики в бегах, а на помощь им приходят самые обычные французы — маляр Огюстен Бюве (Бурвиль) и ворчливый дирижёр Станислас Лефор (Луи де Фюнес). Вот это команда! Они такие разные, но вместе творят просто безумные вещи!
Помните момент, когда дирижёр в панике орёт: «Они превратили мою оперу в убежище для британских лётчиков! Это же скандал!»? Ха-ха! Я каждый раз представляю эту картину и умираю от смеха. А маляр с его невозмутимостью — просто находка! Его фраза: «Эти англичане — просто катастрофа! Но мы должны им помочь…» — это же классика!
Актёрская игра — просто огонь! Луи де Фюнес с его экспрессией и Бурвиль с его простотой — идеальное сочетание. А британские лётчики? Эти наивные джентльмены, которые попадают в самые нелепые ситуации, просто покорили моё сердце. Особенно запомнился момент, когда один из них с невинным видом спрашивает: «Я думал, что Париж — это город любви, а не погонь!»
Юмор в фильме — это что-то невероятное! Тут и абсурдные ситуации, и остроумные диалоги, и комические гэги. Ведро краски, обрушивающееся на эсэсовца, кремовый торт в лицо — это же гениально! А как немцы смешно гоняются за героями — прям как в старых добрых киносборниках!
Отдельно хочу отметить атмосферу: яркий Париж, оперный театр, уличные сцены — всё выглядит так живо и красочно! И при этом фильм умудряется сочетать лёгкость с серьёзной темой войны и оккупации. Это же высший пилотаж!
В общем, если вы ещё не смотрели «Большую прогулку» — срочно исправляйте это упущение! Это полтора часа чистого удовольствия, смеха и позитива. Гарантирую, вы не пожалеете! 🎬😄